Когда-то далёкие миры манили его, как огонь манит мотылька. Ти Космос имя, которое стало синонимом безрассудной смелости и неукротимого стремления к неизведанному. Он не был обычным авантюристом, бродящим по окраинам галактики в поисках наживы или славы. Нет, его душа жаждала большего: он стремился понять саму ткань мироздания, разгадать загадки чёрных дыр и прикоснуться к тайнам, которые дрожали на границе реальности и безумия.
Его корабль, изрезанный шрамами от тысяч битв и не менее тысяч полётов сквозь бури межзвёздного пространства, был единственным домом, который он знал. Эхо Пустоты так он называл своё судно, ибо каждый его полёт оставлял после себя лишь отголоски былого величия, эхо давно забытых цивилизаций. Ти Космос не раз рисковал жизнью, чтобы спасти экипажи, сбитые с толку гравитационными ловушками или затерявшиеся в кротовьих норах, ведущих в иные измерения. Он был тем, кого называли спасителем бездны, человеком, который не боялся заглядывать в глаза смерти и вырывать из её когтей тех, кто ещё дышал.
Но не всё в его жизни было героизмом и триумфами. За каждым великим деянием скрывалась тень одиночества. Ти Космос скитался по галактике, как призрак, которого никто не мог удержать. Его друзья и враги приходили и уходили, оставляя после себя лишь воспоминания, которые со временем стирались, как звёзды на рассвете. Он знал, что рано или поздно его путь оборвётся либо в пламени сверхновой, либо в тишине вечной ночи. Но пока он летел, он продолжал искать ответы на вопросы, которые не давали покоя его разуму: что скрывается за горизонтом событий Есть ли предел человеческой жажде знаний И что остаётся от тех, кто слишком сильно стремится к звёздам
Его последняя миссия стала легендой задолго до того, как он ступил на борт Эха Пустоты. Говорили, что он отправился в самое сердце Великой Пустоты области пространства, где законы физики теряли смысл, а время изгибалось, как лента Мебиуса. Никто не знал, что он там нашёл. Некоторые утверждали, что он встретил инопланетную расу, способную манипулировать тёмной материей. Другие поговаривали, что он столкнулся с самим началом времени и увидел, как рождаются и умирают миры. А третьи, самые мрачные, шептали, что Ти Космос не вернулся потому что его душа растворилась в бесконечности, став частью того самого эха, которое он так долго преследовал.
Теперь, когда его имя произносят в тавернах далёких планет, в ответ слышится лишь тишина, прерываемая потрескиванием старых радиоприёмников. Но если прислушаться очень внимательно, можно уловить слабый сигнал нечто среднее между шёпотом и звоном колоколов. Это эхо его последнего послания, затерявшегося где-то между звёздами. И, возможно, однажды оно отзовётся. Возможно, однажды Ти Космос вернётся.